АНТОНОВ ИВАН ДИМИТРОВ (1950 г.р.) – поэт и переводчик, член Международного творческого содружества «Сцена духовности», г. Свиштово Велико-Тырновской области, Болгария
ЖАЛОБА
Тебе кто-то говорит: Василий!...
Только я один могу: Апостол!
В этом, может быть, вся моя сила
в бытие моём долго и просто.
О, пошёл бы я за тобой в стужу,
но века разделяют нас в жизни,
ты мне так на пути моём нужен
для борьбы со злом ныне и присно.
Другое время, Апостол, нынче,
время тревоги, яко во благо…
Заменили горшки на якички
те, кто сегодня предаёт нагло,
сумасшедших осталось немного,
больше – с денежно-банковской славой.
Знаю я, серебро у любого
за день душу развратит отравой,
содрогнется от сотен вопросов,
от свободных и честных ответов,
что минуя на пути торосы,
за добром убегают по свету…
Мы прочли буквари, но коростой
боль всегда и везде нас сжигает…
Почему же, скажи мне, Апостол,
до сих пор она смертных пугает?
ПОБЕДИТЕЛЬ
«Победитель получает все».
Из фильма «Мамма Миа»
Всё получает победитель:
любовь и свет, поклоны.
Он же герой и он спаситель!
Но горе побеждённым!
За победителем и слава,
и отблеск ореола
звучащей песенной октавы.
Но горе побеждённым!
Влюбленный рад твоей победе.
Снобизмом заражённый,
кричит неискренне, как бредит.
И горе побеждённым!
Лишился побеждённый чести,
от битвы утомлённый,
он с бывшей силой плачет вместе.
И горе побеждённым!
ВСАДНИКИ
У вас нет собственного имени,
вы геральдический лишь знак,
в душе вы мчитесь,
но невидимы,
и конский хвост
трёхцветный флаг.
О, чудо-всадники, о, всадники,
ваш дух истерзан, изнемог
в горах Балкан,
а ваши ратники
остались там –
в пыли дорог!
Да, знаю я – и мне предписано
взлететь, как вы, в конце пути
с наказом внуку
белобрысому
законы древности
блюсти.
ЗЕМЛЯ И ХЛЕБ
Когда семена высеваешь
над прахом умерших людей,
сажаешь особенный хлеб.
И люди, в зерне оживая,
стараются сделать добрей
тебя, избавляя от бед.
Да пусть же земля вдохновляет
в жару или в холод зимы
премудростью силы ума,
мгновенно душа прозревает,
как свет в час полуночной тьмы,
когда ты возьмёшь семена.
ВОДЫ ДУНАЯ
Я слышу даже венами, когда
стихает на Дунае всплеск волненья,
задумчиво, но строго к удивленью,
меж берегов течёт его вода.
На берегу качают камыши
ветра миров безвестных и огромных…
Но мысль моя – о днях неугомонных,
моих надеждах, сломанных в тиши.
А сам Дунай течёт для молодых,
во мне же – меланхолия былого,
закаты одиночества ночного,
где разрывает зверь сердца живых.
НЕОКОНЧЕННОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ
Она ушла неведомым путём
И облако дождливое на гране.
И капли ищут в сумерке ночном,
Чем им помочь моей душевной ране.
Видать, понятно стало им вполне,
Что боль – цветок, зависящий от света,
Когда дожди в бездонной тишине
Смывают мысль печальную со света.
Она ушла неведомым путём,
За нёй любовь, подаренная солнцем.
И сокол надо мной своим крылом
Рисует круг, в котором не живётся.
ДОЧЕВА МИРА (1951 г.р.) – поэт, член литературного клуба Национального совета «Отечественный Союз», г. Стара Загора
МОЛИТВА
Даруй мне, Боже, силы
прожить лихие годы.
Грядут, я вижу, зимы
с печалью непогоды.
Но вера помогает
пить мудрости водицу,
и мчатся мысли стаей
туда, где свет искрится.
Вокруг блуждают люди
с мечтой о вечной славе,
не зная, бездна губит
рабов греховных нравов…
Дай, Боже милосердный,
мне силы, чтоб дорогу
с достоинством и честью
осилить пред чертогам.
* * *
Грусть и туман друг на друга похожи –
бродят под лампой, пугая прохожих.
И на аллеях цветов прячут взгляды,
хитро пытаясь подглядывать сзади…
Ты нас не сможешь изгнать из тумана,
спрятать от грусти-печали нежданной.
Будут они пред твоими глазами
душу терзать, унижая слезами…
Только однажды туман разойдётся.
Только однажды появится солнце.
И в синеве запоют снова птицы.
Вишня созреет опять на зарнице.
Мир наш устроен вполне идеально –
радость с печалью в пути не случайно.
Только удача душе улыбнётся,
грусть улетит и появится солнце.
* * *
Оптимистична безнадежность
моей владеющей мечтой,
но грубоватая в ней нежность
влечёт незримо за собой.
Я знаю, луч средь тьмы сияет,
сияет словно светлый день,
улыбкой нежной от печали
избавит он, подняв с колен.
Года у жизни слишком кратки,
проходят будто бы за час,
но в них немало горько-сладких
минут, летящих мимо глаз.
Смотрю вперёд я безутешно,
черты твои приводят в дрожь,
и шепчут мысли безмятежно,
что ты придёшь, что ты придёшь.
ТАКЕВ ЛОЗАН АЛЕКСАНДРОВ (1946 г.р.) – поэт-песенник, сатирик, журналист, редактор и сценарист, член СБП и СБЖ, г. София
ИКОНЫ
Иконы все молчат веками,
веками, что прошли сквозь пули…
В церковных алтарях сияя,
молчанье слова
вне разгула.
В иконах – отголоски ига,
присутствие былого, что ли,
свидетельство святыни – в книгах,
где между строк святое слово.
Молчат иконы, но в глазах их
расстрелянные жены, дети,
о зверствах память в них, о страхе,
а мы за прошлое в ответе.
Молчат иконы и недаром
сокрыта в них судьба народа
из рабства,
смерти
и пожара,
кровавый путь к своей свободе.
БАЛКАНСКИЙ ЙОВА
Балканский Йова голоса не покупает…
Не наслаждается псевдопобедой.
Он больше лживо голосовать не желает
и поддерживать западных соседей.
Нет рук, и посему голосовать-то нечем?
Нет глаз, ему не видны перемены.
Не верится, что всем намного станет легче,
Когда они пошлют в Брюссель Елену…
Балканский Йова жив, и он не предсказуем.
Не хочет он просить подачки у других.
Когда нет рук, то чем голосовать-то всуе?
Нет ног, и всё же он изгнать способен их…
СЛЕДУЮЩИЙ РАУНД
Знаю, в горле пересох
ком моих страданий.
Видно я совсем оглох
от партобещаний…
Средь предателей взращён,
слышал сто обетов.
И диагноз: Оглушён
лживостью стратегов.
Извините, что не внял
сути вашей цели.
Притворялся, как и зал.
в громких децибелах…
В этом зале между нас
иностранцы в ложе.
Жди предательский их глас
и двуличных тоже…
С песней в сердце, как друзья,
в шоке от нокдауна,
жду, оглохнув от вранья,
будущего раунда…
Сердцем верю, справлюсь сам,
размету барьеры.
Как найти свой светлый храм
без надежд и веры!?
ГАЦОВ БОНИ ИВАНОВ (БОЯН МАГОТ) (1903-1992) – болгарский поэт и литературный критик, г. Велико Тырново
МОЛИТВА
О, Боже мой, о Боже всемогущий,
моя сегодня грешная душа
летит к Тебе, желая, Вездесущий,
Тебе открыться, Боже, не спеша.
Ты пожелал создать меня последним
среди ничтожных тварей на земле, –
чтоб я к Тебе был ближе на обедне!
Не откажи в сем даре, Боже, мне.
Вдохни любовь скорее в моё сердце
и высшей силы в жилы влей мои.
О, дай мне, Боже, руки милосердья,
в минуты скорби слёзы освяти.
И боли все, и множество страданий
сложи, о Боже, только на меня –
пусть радуется всё существованье,
тогда и скорбь утешится моя.
К оглавлению...
