* * *
Жизнь – не включение урывками,
Не бесконечный встречный бой.
А лишь работа над ошибками,
Когда-то сделанных тобой.
Сперва ты их не замечаешь –
Не тем забита голова.
И только повзрослев, считаешь:
Ошибся раз, ошибся два.
Не вспомнить сразу все навскидку,
Мешает радужная явь.
А если жизнь твоя – ошибка,
Тогда попробуй-ка, исправь?
Винить кого-то смысла мало,
Жизнь нам даётся неспроста.
И не начать её сначала,
Как книгу, с чистого листа.
* * *
Как повелось аж издавна, на вечер
Забьёшь на пять минут кому-то стрелку.
Проходит жизнь по-прежнему во встречах
Коротких, а не в скучных посиделках.
В командировках творческих, в разъездах.
В недолгих, но весьма полезных спорах.
А не в борьбе за сохраненье места
И не в пустых, досужих разговорах.
Проходит жизнь. Твоя, моя. Проходит.
Бурлят вокруг нешуточные страсти.
И не скажу, что кто-то нами водит,
Но путь наш корректирует отчасти.
В любое время дня, а то и ночи.
И от него зависит часто, либо
Застрянешь ты иль всё-таки проскочешь,
Как Одиссей, меж Сциллой и Харибдой.
* * *
Устав от злоключений и невзгод,
Боюсь поверить в собственное счастье,
Что жизнь проходит уж который год
Без моего активного участья.
Не то чтобы какой-то там изгой,
Но мне давно не свойственна наивность,
А посему, пусть кто-нибудь другой
Проявит эту самую активность.
Ни у кого совета не спросив,
Пожертвовав влияньем и престижем,
Я сам себя определил в пассив,
И ничего здесь скорбного не вижу.
Мне дорог мой теперешний уют,
И я уже почти не отделяю
Несчастных, что вокруг меня снуют,
Активностью своею забавляя.
Активные в любой момент в чести,
Попытки обуздать их бесполезны,
Как и надежды робкие спасти,
Кого они с собою тянут в бездну.
* * *
«Я люблю – и, значит, я живу!»
В. Высоцкий
О любви нет смысла говорить.
Вот и ты особо не усердствуй.
Пробуй просто-напросто любить,
Как твоё подсказывает сердце.
Клятвы в наше время не в цене.
Жизнь – не артистическая сцена.
Не клянитесь в верности жене,
Может и простит тогда измену?
На любовь свою не упирай
Ни по долгу, ни по разнарядке.
Все кричат, как любят отчий край,
Отчего тогда он вновь в упадке?
И уж коль вам выставили счёт,
То недоумённо не глазейте.
Кто законы соблюдает, тот
Не любитель в них искать лазейки.
Любящий, как все, себе не враг.
Только для всего нужна отвага.
От любви до ненависти шаг,
От любви до пропасти – полшага.
Снова душу в клочья изорву,
Может быть не раз, не два раскаюсь.
«Я люблю – и, значит, я живу!»
Я живу – и, значит, я влюбляюсь.
* * *
Друзья мои, друг другу вторя,
Ругают, выпив, всех подряд.
Я с ними уж давно не спорю,
Пусть, что угодно, говорят.
Готовы выдать по заслугам
Всем, захмелевши от вина.
Их нескончаемая ругань
В соседней комнате слышна.
Покуралесят, нагалдятся,
Чуть позже рухнут на кровать.
Потом, как следует, проспятся.
Привыкли всех критиковать.
Понятно, жизнь у нас не сахар.
Проблем со всех сторон не счесть.
А значит поводы для страха
У большинства сегодня есть.
Жизнь в нынешнем её формате
Порой несносна, спора нет.
В ней оказаться на подхвате
Убийственно на склоне лет.
И объяснить всем впавшим в ступор,
Уставшим, как мои друзья,
Что отвергать всё разом глупо,
Практически уже нельзя.
Да я и сам давно не верю
В спокойствие и благодать.
Лишь пробую в какой-то мере
Огулом всё не отметать.
* * *
Угостят горячим чебуреком.
Предоставят временный приют.
Только вот «хорошим человеком»
Больше никогда не назовут.
Пусть и не обманывал ни разу
Никого и вправду неплохой,
Понимать по-всякому обязан,
Нет уже профессии такой.
Кто-то может лучше, может плоше
Под влияньем пагубных идей.
Есть немало девушек хороших,
Нет хороших в принципе людей.
Состоишь в каких бы либо списках
Или безымянный имярек,
Может не совсем ещё «редиска»,
Но и не «хороший человек».
* * *
Добру не обойтись без кулаков.
Наверное поэтому наш с вами
Фольклор и обожает добряков
С пудовыми, как гири, кулаками.
Немногословный дюжий здоровяк –
Косая сажень, лучше в камуфляже.
Да, видно, добрый у него кулак,
К такому присмотревшись, люди скажут.
И пусть всё зло вовек не победить,
Но чтоб не дать случиться злодеянью,
Добро себя хотя бы защитить,
Как минимум, должно быть в состоянье.
Интеллигент, взирая сквозь очки
На мир, как и положено терпиле,
В бессилии сожмёт лишь кулачки
И тут же подчинится грубой силе.
Хотя и будет что-то лепетать
Про век, его обычаи и нравы.
А наш герой сумеет постоять
За всех: и за себя и за державу!
Он тот, в кого влюбляются и про
Которого слагаются веками
Легенды, мифы в мире, где добро
Дорогу пробивает кулаками.
* * *
Что ране при царе Горохе,
Что ныне в нашей стороне
Во все века, во все эпохи
Привыкли жить по старине.
Нам наши принципы – услада.
Устои – Божья благодать.
Свои традиции, обряды
Привыкли строго соблюдать.
И пусть с годами всё ветшает,
Не сокрушайся, старина,
Не подведёт, не подкачает,
Всё сдюжит наша старина.
Всех сокрушит врагов,
И даже в какой-то мере царь Горох,
Как ход истории покажет,
Не так уж немощен и плох.
* * *
Искусство дарит наслажденье
Своим ценителям, и всё же
Жизнь и её отображенье
Частенько не одно и то же.
Не призываю к остракизму,
Но верить до конца не надо
Ни подлинному реализму,
Не форменному авангарду.
В сплошном круговороте буден
При всём их внутреннем трагизме
Был, есть и неизменно будет
Водораздел искусства с жизнью.
Соврёшь одним хотя бы вздохом,
И ложь вся выплеснет наружу.
И чем безнравственней эпоха,
Тем он разительней и глубже.
* * *
Не стоит выплёскивать чувства
Наружу, мой друг-экстраверт.
Поверь мне, что-что, а искусство
Сегодня не требует жертв.
Влиянье его иллюзорно,
Знакомые всем типажи.
Какие-то новые формы
Искусству уже не нужны.
Прошли, к сожалению, годы,
Когда, кто постарше поймёт,
Искусство служило народу,
А не завлекало народ.
И я лично ни на минуту
Не воспринимаю всерьёз
Искусство с наличием дутых
И так называемых «звёзд».
И пусть не знаток в этой сфере,
И взгляд мой не шибко остёр,
Уже почему-то не верю
Тебе – современный актёр.
Но жду, когда с новою силой
Вернётся, развенчанный в пух
И прах, но по-прежнему милый
Живой, непосредственный дух.
* * *
Поэзия не стала нормой
Для большинства простых людей.
Но мысли в стихотворной форме
Для них понятней и ясней.
Простой народ не вдохновляет,
Не подымает резко ввысь
И не особо окрыляет
Непоэтическая мысль.
Он не сидит часами в кресле.
Читает что-то впопыхах.
И для него доступней, если
Посыл, призыв звучат в стихах.
Чтоб, затянув потуже пояс,
Мог знать, за кем ему идти.
И что наш славный бронепоезд
Стоит на запасном пути.
* * *
«Не надо заводить архива,
Над рукописями трястись».
Б. Пастернак
Стихи мои то рвутся в свет,
То скопом и поодиночке
На протяженье долгих лет
Доходят медленно до точки.
Неважно, кто их написал?
Они достойны лучшей доли.
И ждут, авось какой журнал
Их напечатать соизволит?
А попадая в интернет
Мне говорят красноречиво,
Что в наше время смысла нет
Корпеть и заводить архивы.
Пытаются буравить высь,
И если вправду что-то значат,
Над ними нечего трястись
И ждать немедленной отдачи.
* * *
Мир полон всевозможных слухов,
Что прорастают, как грибы.
Вот есть, я слышал краем уха,
Литературные рабы.
Что добросовестно и рьяно,
Не приоткрыв нам всем лица,
Кропают повести, романы
Ещё с времён Дюма-отца.
А мэтр только ставит подпись
На протяженье долгих лет,
После чего роман иль повесть
Выходят преспокойно в свет.
На многочисленных развалах
Средь многотомных книжных груд
И сочинений небывало
Востребован и рабский труд.
Срок соблюдён, и рад издатель.
И не настолько искушён
Наш с вами рядовой читатель,
Поддавшись магии имён.
Так, что-то слышал краем уха
Про тот или иной эксцесс,
Раз вечно полон всяких слухов
Живой писательский процесс.
* * *
Не радуйся небесной манне.
Не верь в беспошлинный транзит.
Жизнь много раз ещё обманет
И вдвое больше соблазнит.
Она отнюдь не простодушна,
Как некогда подумать мог.
Приучит быть во всём послушным,
Заставит виться возле ног.
Жизнь – женщина, а не девица.
А значит в сущности плевать,
Кто первым смог её добиться,
Чтоб на взаимность уповать.
Хитра, расчётлива, жеманна.
Возьмёт любого в оборот.
И дьявольски непостоянна,
Как впрочем и весь женский род.
* * *
Из века в век во имя, ради,
Не зная чьих лишь интересов,
Находимся на энной стадии
Необратимого процесса.
Засунув голову от страха
В песок, уподобляясь страусу.
Молясь Христу или Аллаху
От нескончаемого хаоса.
Разыгрываем драму в лицах.
Меняем, как перчатки, принципы.
Причём, как в мировых столицах
Так и в занюханных провинциях.
Плывём, как лодка, по судьбе,
Всё больше, правда, по течению,
И ощущаем на себе
Слепых законов разночтение.
Включась в общественный процесс
По долгу и необходимости,
И получив в итоге стресс
От всей его необратимости.
* * *
Хочу поспеть за ритмом жизни.
Рвусь из себя, а рядом тот,
Кто преисполнен оптимизма
И ритм этот задаёт.
Не тормозя на поворотах,
И будет задавать и впредь.
И наплевать ему, что кто-то
За ним рискует не поспеть.
Невозмутимый и беспечный
В стремленье двигаться вперёд.
Забывший, что и сам не вечный,
И тоже вскоре упадёт.
Хотя в конечном результате
Не знаешь, кто на что горазд?
Один начнёт, другой подхватит,
А третий новый ритм задаст.
И будет также лезть из кожи
И не грустить по пустякам.
Приемлемый для молодёжи
И непосильный старикам.
* * *
Один из миллионов граждан,
Кто и ни «против» и ни «за».
Которому едва ль ни каждый
Пытается «открыть» глаза.
А вы не верьте, не ведитесь,
Чем путь «прозрения» чреват
Неведомо? Не торопитесь
Со всеми вместе «прозревать».
Как ни скромны порой познания,
Как взгляд сложившийся ни плох,
Внутри любого «прозревания»
Лежит какой-нибудь подвох.
Так называемые новшества
Во взглядах формируют фон,
Меняющий с годами общество
Едва ли ни со всех сторон.
И вот уж от былой материи
Остались пепел и зола.
И всюду новые критерии
И принципы добра и зла.
* * *
Плыл без руля и без ветрил
Или страдал от одиночества,
Что ж, видно классик говорил
Не зря: «Не так живи, как хочется».
А людям хочется всегда.
И это не пустая фраза.
И наша главная беда,
Что хочется всего и сразу.
Увы, не переделать нас,
Как ни пытались многократно.
Всего и сразу и сейчас,
Причём желательно бесплатно.
Открытый с головы до пят
Стоит, кто жить мечтал безбедно.
Ведь это только говорят,
Что, якобы, мечтать не вредно.
* * *
Можно уповать на разум всуе.
Ёрничать, реалиям назло.
Если глупость снова торжествует,
Значит, всё лишь к этому и шло.
То ликуя, то, как сыч, насупясь,
Повторяя умные слова,
Вечно торжествующая глупость,
Ты одна во все века права.
И не возразишь по существу ведь,
Снова скажет: доводы не те.
Так что пусть и дальше торжествует
С убежденьем в вечной правоте.
* * *
Как излечиться от потуг,
Пусть и благих, вернуть кого-то
С небес на землю, раз вокруг
Восторженные идиоты?
И прочим чокнутым сродни,
Дня не способны без шумихи
И без досужей болтовни
Прожить восторженные психи.
Не приближайся – будешь цел.
Считай, что крупно подфартило
Тебе, коль ты не лицезрел
Толпу восторженных дебилов.
И хоть восторг одна из фаз
Забвения, а также свойство
Души, чрезмерный всякий раз
Ведёт к душевному расстройству.
Но современный лицедей
И дня не проживёт без оргий
И без скопления людей,
Где вновь и вновь звучат восторги.
* * *
Давайте просто жить. Не споря на ходу.
Не выяснять, кто прав, с коллегами по цеху.
Читать свою и их, пускай белиберду,
И радоваться творческим успехам.
Что толку обсуждать, кому принадлежит
В любые времена решать прерогатива?
Раз есть простой рецепт, как просто просто жить
И ощущать всю жизнь себя счастливым.
Не мучит чья-то боль. Задраены уста.
И сердце на призыв не отзовётся.
Нагрянет ли война? Распнут ли вновь Христа?
Иль тех, кому так просто не живётся.
* * *
Времени, как водится, нехватка.
Пребывая весь свой век в смятенье,
Люди, львы, орлы и куропатки,
Лани и рогатые олени,
Особи различных популяций,
Как герои популярных книжек,
Все без исключения стремятся
В этом неспокойном мире выжить.
Что там дальше будет уж не знаю?
Может ведь вполне и так случиться,
Что однажды эта жизнь шальная
На земле возьмёт и прекратится.
То что жить всем особям охота,
Не пустая, полагаю, фраза.
Значит где-то взял и не сработал
Мировой, объединённый разум.
Всюду запах копоти и гари.
Кончилась божественная нега.
Жаль всех этих неразумных тварей,
Вышедших из Ноева ковчега.
Время замирает в мёртвой точке.
Некого судить, хоть день и ссудный.
И уже не катит больше бочку
На соседа «человек разумный».
* * *
Казалось, не спасёт НИЧТО.
Но умозрительное НЕЧТО
Вновь убаюкает мечтой
Стремительной и быстротечной.
Весь сломленный во цвете лет,
Ты ощутишь вдруг, что отныне,
(Надолго, правда, или нет?)
Не будет поводов к унынью.
И сызнова поймав кураж,
Не понимаешь в возбужденье,
Что НЕЧТО только лишь мираж,
Плод твоего воображенья.
И что не стоит заблуждаться
На сей, как говорится, счёт.
В эпоху войн и конфронтаций
НИЧТО нас с вами не спасёт.
* * *
Кипят нешуточные страсти.
Вновь раскалён прямой эфир.
А вы – невольный соучастник
Твердите: всё старо, как мир.
Поддавшись общему примеру,
Не сходите, как все с ума.
Берёте с полки вновь Мольера,
Вильяма нашего, Дюма.
Где тонко, там обычно рвётся.
Свой нос повсюду не суя,
Уверены, что всё вернётся
Однажды на круги своя.
Живёте, как никто, спокойно
И не берётесь за перо.
Злодейства, страсти, склоки, войны,
Интриги: всё, как мир, старо.
Не веря более в химеры,
Всего себя и до конца
Предав творениям Мольера,
Шекспира и Дюма-отца.
К оглавлению...
