В ЛОНДОНЕ
Как жадно солнце иней с крыльев лижет,
Молниеносно сглатывая тьму!
Летела - чтобы стать к тебе поближе.
Казалось: раз - и за руку возьму.
Я в Лондоне? Да ладно! Я ли это?
На Трафальгарской площади стою,
На миг чужой историей задета...
Как будто репетирую свою.
Я в Лондоне? Да ладно! Одолела
Свою мечту в сто сорок этажей!
По городу иду, как королева:
Ты так хотел, о лучший из мужей.
Я в Лондоне! И здесь нельзя иначе.
Диктует королевская земля
Свои законы счастья и удачи.
Я королева. Но без короля.
А ты со мной. Невидим и неслышен.
Как Лондон, ироничен твой прищур.
Туман хвостом цепляется за крыши,
И кажется, что счастья - чересчур
Мне выпало за эти двое суток
(Я от него отвыкла, знаешь ты)...
Здесь главное - не потерять рассудок
От этой невозможной красоты.
ПАМЯТИ БРОДСКОГО
Поэт Иосиф Бродский похоронен в Венеции
Венеция не виновата:
Она сама почти на дне.
Стихи - шершаво-угловаты -
Не помещаются во мне.
Как экзотические птицы,
Все время рвутся в облака,
Как электронные частицы,
Что оттолкнулись на века...
Любви, тоски и светлой боли
Полна смятенная душа,
В оббитой бархатом гондоле
В рай уплывая не спеша.
Стихи, воскресшие когда-то,
Взамен чужих молитв прочти...
Венеция не виновата:
Она сама на дне почти.
* * *
Накликала я осень, как беду:
О ней частенько думала украдкой.
Всего-то девяносто дней в году,
Новеллой предсказуемой и краткой,
Она во мне тревожится, болит
И тянет за цветастую кулису...
Осенний дождь в бокал души налит,
И под него вершится суд Париса:
Не красота, не мудрость - благодать,
Которой я, с моим угасшим пылом,
Всю душу, словно яблоко, отдать
Мечтаю, обтерев подолом...Было
В любви моей и "раз", и "два", и "три",
И бесконечно горькое: "простишь ли?"
Когда приходит осень изнутри,
Душа украдкой празднует затишье.
* * *
В тетради больше чистых нет листов,
И на полях нет места - справа, слева.
Душа пуста, как ваза для цветов
В шкафу, на полке, в доме старой девы.
И сердце бьется,будто сквозь стекло,
Как солнца луч в подземном переходе,
И ангелу-хранителю крыло
Подбили на божественной охоте.
Белеет наболевшая трава -
Чужой зимы нечаянная свита.
И буквы не слагаются в слова,
Как будто из другого алфавита.
СЕРАЯ ШЕЙКА
На юг улетела крикливая стая моя,
А мне с перебитым крылом зимовать одиноко.
Все Уже,страшней и тоскливей в пруду полынья,
И старый охотник случайно увидит в бинокль,
Как я, чтоб не дать ей замерзнуть, туда и сюда
Ныряю без устали, словно в игрушечной луже...
Лиса каждый день прибегает на берег пруда
И чутко топорщит свои треугольные уши.
Всю зиму мне кажется, будто судьба - не моя,
А я проживаю чужую в угоду кому-то...
Все Уже, страшней и тоскливей в пруду полынья...
Глядишь - и затянется намертво через минуту.
* * *
Чай под названием "Гомер"
Я заварю себе лениво
И буду просто ждать прилива,
Чтоб древнегреческий размер
Почтил строку мою, хотя
Мы как бы из другой эпохи...
Но что поделать! Охи-вздохи
Давно рифмуем не шутя.
Чай под названием "Гомер" -
В пузатом чайнике удобном,
Чтоб дивный дактиль шестистопный
Забрезжил в зимней полутьме...
(Чай! На ночь! После сорока!
Ущерб лицу непоправимый!)
Опомнилась...Зато лавиной
С далеких гор летит строка,
Сметая на пути своем -
Раз-два - плотину макияжа...
Пожалуй, я довольна даже.
Мы до утра с тобой вдвоем
Ведем, Гомер, все тот же спор
О списке кораблей невнятном...
И чай - пахучий, свежий, мятный -
Никем не выпит до сих пор.
* * *
Я живу одними свиданьями-муками,
Взяв аккорд любви в регистре печали...
Я люблю тебя всеми звуками
Своего расстроенного рояля.
Я хочу, чтобы небо твое было ласковым,
Чтоб подольше не смолкло хрустальное скерцо...
Я люблю тебя всеми красками
Своей радуги грустной, проткнувшей сердце.
ЛЮБОВЬ В ВЕНЕЦИИ
Боишься, что с судьбой уже не справимся?
Твердишь, что я все время не права?..
Давай с тобой в Венецию отправимся,
Пока у нас любовь еще жива.
Каналы упоительно-печальные,
Как жест прощанья, грустный взмах весла...
Потерянная туфелька хрустальная
Еще одной гондолой уплыла...
Вдали Сан-Марко -площадь голубиная...
Как в детстве, птицам хлеба накроши,
И слово подзабытое - "любимая" -
Метнется, словно голубь, из души.
Чтоб руки без объятий не истаяли,
Цепляясь за любовь едва-едва,
Бросай дела!Поехали в Италию,
Пока еще Венеция жива!
* * *
Случается в судьбе пустой перрон -
Он стОит толкотни и многолюдья.
Пришел и окружил со всех сторон
Сплошной декабрь - без вздохов и прелюдий.
Крадет последний - по минутам - свет:
Любую мелочь тянет из кармана.
Он, кажется, не злой: как будто нет.
Но ненасытный, сумрачный, туманный.
Я зябну, откровенно говоря,
И рвусь назад. Назад, в тепло вагона.
...Твой поцелуй спасет от декабря,
Назло тоскливой хмари заоконной.
К оглавлению...
